Егор Каропа

СУПЕРГЕРОИ


Опыт безумия в популярной культуре
Психиатрия, если угодно, говорит: я не буду ставить в связи с тобой, безумцем, проблему истины, поскольку обладаю истиной сама, вследствие моего знания, на основании моих категорий; я потому и обладаю властью по отношению к тебе, безумцу, что у меня есть эта истина
Мишель Фуко, «Психиатрическая власть»
С тех пор, как в 1938-м году молодые потомки еврейских эмигрантов из Российской Империи, – художник Иосиф Шустер и сценарист Джерри Сегалович, – издали в США свой первый комикс о приключениях Супермена, супергеройский дискурс победоносно шагает по планете. Сегодня, восемьдесят лет спустя, супергерои – это не просто детское развлечение, а процветающая глобальная индустрия, включающая в себя комиксы, художественные и мультипликационные фильмы, видео-игры, производство детских и коллекционных игрушек, одежды, сувенирной продукции и пр. Каждый год многомиллионная аудитория потребителей жадно требует от владельцев и работников отрасли новых встреч со своими кумирами: Суперменом, Бэтменом, Человеком-пауком, Великолепной Четверкой, Людьми Икс и пр.

Впрочем, за безобидной оберткой скрывается зловещее содержимое. Для того, чтобы в этом убедиться, стоит лишь раз взглянуть на супергеройский дискурс с точки зрения бывалого психиатра, повидавшего на своем веку столько людей со сверхспособностями, сколько не снилось всем сценаристам Marvel и DC Comics вместе взятым. И тогда в самой невинной истории о супергерое начинает проглядывать детализированное и клинически точное описание безумия.
Разумеется, это описание дается не привычным медицинским способом, при котором описываются внешние, объективно наблюдаемые симптомы болезни, а феноменологически – то есть повествование как будто ведется больным от первого лица, поэтому все события и обстоятельства предстают не такими, какими являются на самом деле, а такими, какими воспринимает их больной изнутри своего состояния.
Если отнестись к историям о супергероях именно так, то их внутренняя логика обретает предельно ясный смысл: фабула превращается в анамнез, сюжет – в историю болезни, а приключения главного героя – в острые симптомы, способные о многом рассказать чуткому и наблюдательному врачу.
1. Дебют заболевания. Пубертат и психотравма
1. Дебют заболевания. Пубертат и психотравма
Триггером к развитию болезни у главного героя обычно выступает острая психотравмирующая ситуация. Чаще всего трагедия, как таковая, происходит не с самим больным, а с кем-то из важных для него людей – родителями, сиблингами и т.д. Больной же, в силу обстоятельств, оказывается в роли беспомощного наблюдателя, неспособного повлиять на развитие событий.
Бэтмен. Ранняя потеря родителей становится спусковым крючком для развития заболевания
Бэтмен. Ранняя потеря родителей становится спусковым крючком для развития заболевания
В подавляющем большинстве случаев несчастье обрушивается на больного в период пубертата, или полового созревания – в возрасте 12-18 лет. В этом возрасте психика подростка лабильна, гиперчувствительна, а организм находится в процессе комплексной гормональной перестройки. Психотравмирующая ситуация провоцирует острую стрессовую реакцию, способную непоправимо разрушить еще не до конца сформировавшиеся психологические защиты, что, в свою очередь, приводит к дебюту заболевания.
Росомаха. Потеря отца — худшее разрешение эдипального конфликта, которое только можно придумать
Росомаха. Потеря отца — худшее разрешение эдипального конфликта, которое только можно придумать
Кризис может быть спровоцирован и внешне безобидными событиями, с которыми психически устойчивый человек, вероятнее всего, справился бы. К примеру, Капитану Америке, ввиду неудовлетворительного состояния здоровья и слабой физической подготовки, отказывают в просьбе принять его в качестве добровольца в армию США. В результате низкая толерантность к отвержению в сочетании с неадекватно завышенной самооценкой приводят к стремительному развитию болезни. В то время как реакцией здоровой психики было бы принять отказ, пересмотреть отношение к себе и попытаться найти адекватное, общественно-полезное применение своим реальным талантам и способностям.
Капитан Америка. Один из первых симптомов — прогрессирующее нарушение восприятия образа тела
Капитан Америка. Один из первых симптомов — прогрессирующее нарушение восприятия образа тела
В отдельных случаях психотравмирующая ситуация может произойти и в зрелом возрасте, когда личность уже полностью сформирована. В таком случае под угрозой должны оказаться психические доминанты, имеющие для больного жизненно важное значение. К примеру, Доктор Стрэндж, преуспевающий амбициозный нейрохирург, попадает в автокатастрофу, приводящую к тяжелой травме рук, что ставит крест на его дальнейшей медицинской карьере. Неспособность пережить и интегрировать случившееся приводит к известным печальным последствиям.
Стадии проживания потери: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие. Большинству больных не удается продвинуться дальше первой
Стадии проживания потери: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие. Большинству больных не удается продвинуться дальше первой
2. Клиническая картина. Бред воздействия
2. Клиническая картина. Бред воздействия
Собственно развитие болезни в большинстве случаев начинается с кристаллизации бреда воздействия. Больной переживает убежденность в том, что его отравили, облучили, подвергли радиационному заражению либо какому-то другому воздействию. Он также может верить, что стал жертвой секретного медицинского или генетического эксперимента, или несчастного случая, произошедшего в ходе такого эксперимента.
Первые признаки прогрессирующей болезни зачастую проявляются как безобидные на первый взгляд фобии и навязчивые состояния — например, арахнофобия
Первые признаки прогрессирующей болезни зачастую проявляются как безобидные на первый взгляд фобии и навязчивые состояния — например, арахнофобия
Таким способом психика больного отчаянно пытается справиться с необратимыми изменениями, произошедшими в структуре личности вследствие психотравмы. Бред воздействия выполняет «скрепляющую» функцию, помогая объяснить непривычные переживания и искажения в восприятии понятными внешними причинами.
Восприятие себя жертвой бесчеловечного эксперимента — частый симптом клинической картины
Восприятие себя жертвой бесчеловечного эксперимента — частый симптом клинической картины
3. Отождествление с животным
3. Отождествление с животным
Во многих случаях на начальных этапах болезни больной переживает мощное отождествление с каким-либо животным – летучей мышью, пауком, росомахой и пр. Больному кажется, что отчасти он и есть это животное, он начинает подражать его повадкам, имитирует особенности его внешнего вида в одежде, прическе и пр.
Наложение травмы потери родителей на случай с падением в пещеру с летучими мышами в возрасте 8 лет приводит к бреду отождествления с летучей мышью
Наложение травмы потери родителей на случай с падением в пещеру с летучими мышами в возрасте 8 лет приводит к бреду отождествления с летучей мышью
В подобных случаях следует рассматривать животное в качестве символического отражения в психике больного энергии либидо, неуправляемой и «животной» по своей природе. Ослабевшие зрелые защиты больше не в состоянии справляться с потоком психических энергий, прорывающихся в сознательное из Ид. Поэтому у больного происходит откат к архаичным, первобытным формам переживания реальности, характерным для т.н. примитивных культур (ср. с культами тотемных животных у североамериканских индейцев, ритуальными инсценировками охоты у австралийских аборигенов, отождествлением с «духами животных» у сибирских шаманов и пр.)
Характерный симптом — вычурность в одежде и поведении
Характерный симптом — вычурность в одежде и поведении
4. Бред преследования
4. Бред преследования
Зачастую на этом же этапе у больного развиваются паранойяльные конспирологические представления, в сочетании с систематизированным, хорошо детализованным бредом преследования. Больной верит в существование могущественных правительственных или тайных организаций, в центре внимания которых он находится. Он убежден, что эти организации следят за ним, прослушивают его телефон, читают переписку, а также иными способами вторгаются в его жизнь. Относительно целей этих организаций больной имеет смутное, расплывчатое представление, на уточняющие вопросы отвечает уклончиво. Обычно суть ответов сводится к тому, что секретные организации охотятся за ним, чтобы физически уничтожить, изолировать, или продолжить над ним свои «эксперименты».
Противостояние военным и представителям спецслужб — часто встречающееся содержание бреда
Противостояние военным и представителям спецслужб — часто встречающееся содержание бреда
Отчасти мы можем рассматривать эти идеи как попытку психики персонифицировать диффузную, лишенную конкретного объекта тревогу, в основе которой лежит кастрационный по своей сути страх наказания со стороны гневных и могущественных структур Супер-Эго. Бессознательно больной надеется, что, как только опасность будет размещена во внешней реальности и названа, она тут же лишится части своей иррациональной силы и с ней станет возможным бороться.
5. Бред суперспособностей
5. Бред суперспособностей
Центральное место в бредо-галлюцинаторном комплексе больного занимают идеи о наличии у него суперспособностей. Так, больной может утверждать, что обладает способностью видеть сквозь стены, прожигать предметы взглядом, передвигаться по горизонтальным поверхностям или потолкам, перемещать предметы силой мысли и т.п.
Посещенный в детстве кружок художественного выжигания приводит Супермена к вере в суперспособность прожигать предметы взглядом
Посещенный в детстве кружок художественного выжигания приводит Супермена к вере в суперспособность прожигать предметы взглядом
Так называемые суперспособности представляют собой защитную реакцию психики в ответ на ужас первичного психотравмирующего опыта, отчаянную попытку эго справиться с неподконтрольностью пережитого. Идеи о наличии суперспособностей сопровождаются переживаниями собственного величия, всемогущества, неуязвимости, неудержимой силы и мощи. Больной как бы говорит: «Теперь я сильный, и больше не позволю плохому произойти».
Зрительные и тактильные галлюцинации настолько убедительны, что больной безоговорочно верит в их реальность
Зрительные и тактильные галлюцинации настолько убедительны, что больной безоговорочно верит в их реальность
На интрапсихическом уровне суперспособности – это реактивное образование, призванное компенсировать ничтожность индивидуального Я перед прорывающимися из бессознательного разрушительными и саморазрушительными импульсами. Другими словами, бред суперспособностей позволяет больному сохранять иллюзию контроля над внутренней реальностью через фантазийный контроль над реальностью внешней.
Одна из самых сильных суперспособностей — у доктора Стрэнджа. Он может управлять временем. Крайне полезная способность, когда средний срок ремиссии твоего заболевания — около 10 лет
Одна из самых сильных суперспособностей — у доктора Стрэнджа. Он может управлять временем. Крайне полезная способность, когда средний срок ремиссии твоего заболевания — около 10 лет
6. Эмоциональное уплощение
6. Эмоциональное уплощение
В отдельных случаях у больного наблюдаются ярко выраженные отчужденность, замкнутость, оскуднение эмоциональной жизни. Пациент отдаляется от родных и близких, становится угрюмым, необщительным, формируется аутистическая направленность психической жизни.
Со временем у больного развиваются социофобия и склонность к суицидальному поведению
Со временем у больного развиваются социофобия и склонность к суицидальному поведению
7. Сверхценные идеи
7. Сверхценные идеи
В связи с вышеперечисленными факторами далее высока вероятность возникновения вторичных бредовых идей и представлений, зачастую носящих характер сверхценных. Больной начинает верить, что теперь он должен «восстановить справедливость», «защитить закон», «спасти несправедливо обиженных» и т.д. Болезненно преувеличенное чувство ответственности пациента выходит далеко за рамки нормальных семейных и социальных связей и касается уже всего мира, человечества в целом, всех живых существ и пр.
Супермен в очередной раз «спасает» Землю
Супермен в очередной раз «спасает» Землю
Сверхценные идеи сопровождаются одержимостью, острыми маниакальными состояниями, повышенной двигательной возбудимостью, гиперактивностью, непреодолимым желанием куда-то бежать, предпринимать какие-то действия ради спасения окружающих от вымышленных опасностей. Здесь мы имеем дело с примитивным смещением психотической тревоги, благодаря которому больной ощущает, что теперь опасность угрожает не ему, а Другому. Это дает мощное чувство раскрепощения, освобождения. Больной переживает прилив сил и острое желание спасать.
Среди медперсонала и пациентов супергерои как правило пользуются заслуженным уважением
Среди медперсонала и пациентов супергерои как правило пользуются заслуженным уважением
На данной фазе заболевания больной уже может представлять для себя самого серьезную опасность, т.к. здоровые механизмы самосохранения блокированы абсолютной убежденностью в собственной неуязвимости, а также верой в суперспособности, которыми он якобы обладает. Способность к критической оценке своих поступков и их последствий к этому моменту, как правило, практически полностью деградирует.
Простейшие бытовые действия и гигиенические процедуры становятся для больного серьезным испытанием
Простейшие бытовые действия и гигиенические процедуры становятся для больного серьезным испытанием
Мотивы своих поступков больной склонен объяснять исключительно с точки зрения «миссии», «долга», «ответственности перед человечеством» и пр. Это позволяет личности до последнего поддерживать стремительно разрушающийся позитивный образ себя. Больной как бы говорит окружающим: «Я хороший, потому что действую ради вашего блага». К сожалению, именно такое восприятие себя провоцирует переход на следующий виток психотической спирали.
8. Расщепление Я
8. Расщепление Я
Дальнейшее отчуждение собственного психического акта приводит к фундаментальному психотическому расщеплению. Теневые аспекты Я экстериоризируются психикой больного, проецируются на внешнюю реальность и персонифицируются в фигуре злодея – Джокера, Красного Черепа, Человека-Скорпиона, и пр. Злодею приписываются все отрицательные качества, полностью противоположные тем, с которыми большую часть времени идентифицирует себя «хорошее Я» больного.
Коулрофобия — страх перед клоунами и всем, что с ними связано. Может вызвать панику, тошноту и даже сердечный приступ
Коулрофобия - страх перед клоунами и всем, что с ними связано. Может вызвать панику, тошноту и даже сердечный приступ
Так, Бэтмен идентифицирует себя с «хорошим» депрессивным радикалом (сниженное настроение, интроверсия, саморефлексия, сверхморальность), в то время как его альтер-эго Джокер воплощает в себе «плохой» маниакальный радикал – гиперактивность, распущенность, беспричинно приподнятое настроение, вызывающее антисоциальное поведение
Генерал Зод — яркий пример эдипального расщепления у Супермена. «Плохой» отец, убивший «хорошего» и занявший его место
Генерал Зод — яркий пример эдипального расщепления у Супермена. «Плохой» отец, убивший «хорошего» и занявший его место
Однако вытесненные части накапливают энергию и стремятся прорваться в психическое больного, что субъективно переживается больным как козни и нападения злодея. В ответ больной вступает со злодеем в ожесточенную борьбу. Сражения со злодеем не только помогают придать психической активности больного осмысленность, намеренность, целенаправленость, призванные найти последние ориентиры в хаотичной психотической вселенной, но и позволяет отреагировать мощные деструктивные аффекты, которыми личность больного уже всецело охвачена на этом этапе – гнев, ярость, ненависть и пр.
Больной переживает острое одиночество, непонятость окружающими
Больной переживает острое одиночество, непонятость окружающими
На этой фазе больной уже представляет серьезную опасность для общества. Диффузия личностных границ приводит к неспособности различить внутренние и внешние аспекты опыта и вынуждает больного видеть враждебного «злодея» в любом из окружающих: в близких, друзьях, коллегах, медперсонале, лечащем враче и пр.
9. Манихейский бред
9. Манихейский бред
Чем сильнее расщепление, тем более могущественным и безжалостным становится злодей. В предельной форме он оказывается настолько всемогущим, что способен уничтожить весь мир (так больным переживается ужас аннигиляции эго). Больной пытается из последних сил спасти вселенную, и, таким образом, оказывается втянут в космическую битву сил Света и Тьмы, Добра и Зла. Развивается так называемый «манихейский бред» с ярко выраженными апокалиптическими мотивами.
Апокалиптические сцены и картины глобальных разрушений — навязчивый мотив в переживаниях больного
Апокалиптические сцены и картины глобальных разрушений — навязчивый мотив в переживаниях больного
Как правило, на этом этапе заболевание переходит в форму тяжелого онейроидного синдрома – больной уже не просто переживает отдельные галлюцинаторные эпизоды, а испытывает тотальную дезориентацию в пространстве, времени, собственной личности. Его восприятие всецело захвачено фантастическими, лишенными какой бы то ни было связи с реальностью картинами, в которых он «спасает мир», «уничтожает вселенское зло» и пр. Все психические силы больного направлены на отчаянную борьбу.
Доктор Стрэндж: типичные переживания больного при тяжелой форме онейроидного психоза
Доктор Стрэндж: типичные переживания больного при тяжелой форме онейроидного психоза
Несмотря на то, что больной является активным участником переживаемых им событий, психомоторное возбуждение для данной фазы уже нехарактерно (оно возможно, но наблюдается крайне редко). Чаще всего больной лежит в оцепенении, отрешен от окружающего, мимика однообразная, «застывшая». На вопросы и действия окружающих не реагирует, возможен ярко выраженный кататонический синдром.

При переходе заболевания на данную фазу, прогноз, к сожалению, является неутешительным.
19.12.2017